ЛЕСХОЗЫ ВИННИЧИНЫ ЗАТОВАРЕНЫ ЛЕСОМ, РЫНКИ ДРЕВЕСИНЫ — В КОМЕ

Во время последней пресс-конференции начальника Винницкого областного управления лесного и охотничьего хозяйства Анатолия Бондаря один из журналистов спросил: “Я живу возле лесопарка и часто гуляю с детьми в лесу. В последнее время все чаще стали замечать спиленные деревья, распиленные на поленья и брошенные. Они лежат годами, пока не перегниют в труху. Это чья-то халатность или что-то еще?” Согласно предварительно розданному пресс-релизу и самому ходу пресс-конференции, Анатолий Емельянович явно не планировал затрагивать эту тему. Однако, тяжело вздохнув, Бондарь пояснил, в чем дело:

“Вы подняли очень серьезную проблему, которая беспокоит нас в последние годы, а особенно в настоящее время — реализация лесопродукции. Рынки древесины Украины практически остановились. Раньше, например, мы поставляли много леса на деревообрабатывающие предприятия, на строительство, которое сейчас либо вообще остановилось, либо не нуждается в нашей древесине. Слабый спрос сохраняется на качественную древесину дуба, ясеня, кровельщики используют сосну… На остатках в наших лесхозах сейчас более 25 тысяч кубов.

Вторая сторона медали – качественный состав наших лесов. Наши природные грабы, которые составляют 65% всех лесов Винничины, сегодня никому не нужны. Мы, конечно, уже 20-30 лет высаживаем в основном дубы — 80% всех культурных посадок! Однако на полную замену граба дубом понадобится еще не один десяток лет. Мы сейчас даже при плановой рубке дубовых посадок получаем до 5-6% граба, который сам высевается – у нас для него хорошие условия. А граб всегда считался малоценной древесиной.

Раньше он шел на Калиновский завод древесных материалов, но это предприятие сегодня не работает. Мы поднимаем этот вопрос на всех совещаниях: у нас потенциал на 250 тысяч кубов в год никому не нужной древесины, которую можно было бы использовать для производства мебельных плит! Но инвесторов нет, а сами мы не имеем таких ресурсов. Да это и не профиль государственного управления. Сами мы можем переработать только до 10% сырья, причем низкосортного дубового. Пытались продать граб на экспорт граб – реализовали меньше половины необходимого.

Массово оставлять в лесу “на корню” — тоже не выход: если граб рубят в возрасте 60 лет, то держать его до 80 нельзя, потому что в нем заводятся вредители, дерево падает. Так что вы видели якобы “брошенные” грабы. Но лесники про них, естественно, помнят, и при необходимости заберут. А если что-то и сгниет – ничего страшного. В лесу ведь тоже должно что-то гнить,  мы же не вносим там удобрения”.

В свою очередь корреспондент “РЕАЛа” спросил, как лесхозы и ВОУЛОХ в целом в такой ситуации сводят концы с концами? Как ни странно для такой ситуации, дела пока что не так уж плохи:

“Финансово мы, конечно, в тяжелом положении — едва концы с концами сводим. Но пока что работаем: древесина дает нам 90% от всех поступлений, охота – не больше 5%, остальное — рыбалка, пчеловодство и т.д. вместе взятые. Ежегодно реализуем древесины на 110-120 миллионов, а в этом году даже на 140 миллионов. Все эти деньги направляем в лесное хозяйство. А государство дает нам всего лишь около 9 миллионов в год (8-10% от наших общих вложений в лес). Но у нас средняя зарплата только 2000–2900 гривен. А у инженера в ВОУЛОХ итого меньше — 1-1,5 тысячи. У директора лесхоза, у которого куча обязанностей, мало прав и еще меньше возможностей (по лицам журналистов пробежали улыбки, — авт.), зарплата только 4 тысячи гривен. Люди, конечно, недовольны, но у нас работают в основном фанаты, часто семейные династии. Надеемся на лучшее”.

Уже после пресс-конференции в кулуарах управления журналисты узнали еще несколько причин резкого падения спроса на древесину в Украине: в 2012-м полностью прекратили ее закупки железная дорога и шахты, которые раньше традиционно приобретали ее, соответственно, на замену шпал и крепления в шахтах. При этом сомнительно, чтобы данные структуры нашли более дешевые заменители древесине. А значит, безопасность на железной дороге и в шахтах существенно понижается?

Кроме того, снижение спроса на товар позволяет покупателям вести себя по-хамски. Например, купил бизнесмен на аукционе большую партию древесины первого сорта, а деньги не проплачивает, товар не забирает, кормит “завтраками”. Можно, конечно, разорвать контракт за невыполнение правил аукционных торгов, но других-то покупателей все равно нет! В конце концов, месяца через три предприниматель является за своей древесиной на склад и говорит: “Нет, ребята, я ведь у вас покупал первый сорт, а это что? Могу дать деньги только как за третий сорт”… В общем, кризис – не тетка: каждый выживает, как может.

При этом всем гражданам самостоятельно в лесу дрова заготавливать нельзя, даже подобрать полусгнившие поленья граба. Правда, можно с разрешения лесников это сделать на плановых или санитарных рубках.

P.S.: “РЕАЛ” уже не раз писал о том, что на Винничине резко упал уровень грунтовых вод, из-за чего высыхают водоемы и колодцы подолян. Так вот, Анатолий Бондарь уверен, что причиной этого среди прочего является и очень низкая лесистость области — 12%. Ведь леса прекрасно накапливают и хранят влагу, даже вызывают местные дожди. Начальник ВОУЛОХ дает такой математический расклад: если лесистость поднять хотя бы до 20-30% (а лучше до 41%, как было 200 лет назад), то уже через несколько лет уровень грунтовых вод начал бы подниматься.

Вот только свободных земель на Винничине нет, а пашню и населенные пункты под лес никто не отдаст…

{jcomments on}